Страшна і потужна історія від 16-річної дівчинки з Маріуполя, яка доглядала 5-річного братика в підвалі, поруч з трупом мами

«Мы ходили в туалет, спали, ели остатки еды в одном подвале.
А как-то дядя Коля словил голубя, это был, наверное, пятый или шестой день, и мы его зажарили, и ели. А потом нас всех рвало».

«Мама держалась до последнего, за 3 дня до нашей эвакуации она умерла.
Я сказала брату, что она крепко спит, и её не стоит будить. Но кажется он всё понял. Понял ещё, когда умерла наша соседка, а мы не могли её вынести, и она начала пахнуть. А потом стало тихо, и дядя Коля её вынес, и сам подорвался на растяжке. Мама очень плакала. После смерти папы, дядя Коля был самым близким человеком».

«Знаете, то чувство, когда больно?
Я когда-то влюбилась в мальчика, а он в меня нет, и я думала, что это больно. А оказалось, что больно видеть, как твоя мама умирает у тебя на глазах. А братик всё к ней подходит и говорит: «Мамочка, не спи, ты замёрзнешь». И мы никогда не попадём на её могилу. Она так и осталась в сыром и тёмном подвале».

«… трупы так воняют.
Они там были везде. Я брату закрыла глаза маминым шарфиком, что бы он этого не видел. Пока мы бежали — меня несколько раз чуть не стошнило».

«Я ненавижу россию.
Мой родной дядя там. Знаете, что он мне сказал сегодня по телефону? «Катя? Какая ещё Катя? Девочка, я вас не знаю. Какая война, какая Катя?». А потом написал с левого номера «Катенька, не пиши мне. Для меня и моей семьи это опасно. А маму уже не вернуть.».
Я ненавижу их! Это же была его родная сестра?! Как так можно?»

«Я вернусь в Мариуполь и буду спускаться в тот подвал
… знаете, я думаю, что я вернусь в Мариуполь. И буду жить на том же месте. И буду каждый раз, в один и тот же день спускаться в подвал нового дома и ложить цветы.
А ещё страшно, когда дети плачут, а нельзя. Нельзя, что бы слышали. Эти уроды находили людей в подвалах и убивали. Те, кто выжил, говорили, что русские военные могли изнасиловать и детей, и стариков и даже трупы.
Если Бог есть, почему Он это допускает?»

«Я жить больше не хочу.
Нас сейчас разделят, наверное. И я возможно не увижу своего брата. Зачем? Зачем этот путин нас спасал? Мы же хорошо жили, даже машину купили. Дядь Коля обещал меня научить водить. Они даже её сожгли. И квартиры нет. Я умереть хочу, и не могу.»

Посилання на історію опублікувала міськрада Маріуполя.