Опубліковано мемуари 1917 року про ментальні штуки народів
Пан @ChaosMilitar опублікував тут цікаві мемуари 1917 року (обожнюю мемуари того періоду). Розірваними постами, але я ось їх зібрав. Ви ж у мене тут лонгріди читаєте? Мені здається деякі ментальні штуки у народів дійсно існують і їх потрібно враховувати. Якщо ви виросли на фільмах про війну і вважаєте, що в ті часи з мобілізацією було все норм, то ви не читали між строк у мемуарах радянських солдат)
——————————————————
Мобилизация в росии идёт всего несколько дней, но уже ясно, чем она закончится. Барон Алексей Павлович фон Будбер, генерал-лейтенант. Управляющий военным министерством в правительстве А. В. Колчака оставил потрясающие мемуары о результатах мобилизации в росии 1917 года:
В тылу начался грабеж уходящими с фронта дезертирами товарных поездов с продовольствием, идущим в армии; получено распоряжение армискома отправить в тыл вооруженные конвои для сопровождения наших поездов; дезертирство разливается повсюду; только у меня еще держатся 18 и 70 дивизии. в которых, если и есть дезертиры, то только из недавно пришедших пополнений самого гнусного состава, и без того растерявших в пути от 50 до 90%.
"Первая бригада 70-й дивизии окончательно закинулась: оба полка наотрез отказались исполнить приказ по дивизии о переходе к Двинску для последующей смены стоящих на позиции полков 18 дивизии. Сегодня им повезли приказы и увещевания армейского комиссара, но какая может быть надежда на успех, если товарищи не хотят работать, не хотят подвергать свою жизнь опасности, и знают, что никто уже не может силой заставить их подчиниться приказу. Полгода продержалась моя старая дивизия, но и ей пришел неизбежный конец — воинская часть умерла, а осталось только одно название."
О вреде мобилизации для боеспособности: "Все более и более углубляюсь в своем убеждение, родившееся у меня впервые в мае, что единственная лазейка из создавшейся разрухи это немедленный, как говорят — в пожарном порядке, переход к добровольческой армии и разрешение всем нежелающим воевать вернуться домой. Все не уйдут, а если бы ушли, то это было бы ярким показателем того, что дальнейшее продолжение войны невозможно. А то, что уйдут не все, показал опрос произведенный недавно дивизионными комитетами 18 и 70 дивизий, причем готовность остаться заявили в первой около 1000 ч., а во второй около 1400; в 120 и 121 дивизиях не опрашивали, ибо там наверно все захотят домой, и я был бы счастлив, если бы судьба меня избавила от этих навозных куч, составленных из собранных отовсюду отбросов, обильно залитых самым большевистским жидким удобрением; 120 дивизия уже и так выделила в батальон смерти все, что в ней было порядочного, и этот батальон несет всякую службу в десять раз эффективнее всей дивизии.
Лучше иметь 4000 отборных людей, чем 40 тысяч отборной шкурятины; нужно только установить, чтобы оставшиеся на фронте получали двойное натуральное довольствие плюс все причитающееся на полный штатный состав части денежное; я говорил по этому поводу с двумя командармами и двумя главкосевами, писал в главное управление генерального штаба, но всюду мое предложение сочли чересчур экстравагантным."
Самое парадоксальное из опыта прошлого- то, в чем видел царский генерал спасение росии: "Получил письмо из корпуса; демократизация и развал летят там бешеным темпом. Коммунисты заняты преимущественно торговлей; немцы платят за съестные припасы и за мыло огромные цены (кто-то из телефонистов штаба 70 дивизии получил золотые часы в обмен за два куска мыла).