Актуальное положение российских укреплений на южном фронте.
В плане оборонительной архитектуры - это все одна линия укреплений. То, что можно видеть на направлении в районе Токмака - это вспомогательные препятствия, они не являются единой системой.
На восточном фланге (отмечено овалом), южнее самого Угледара: там хоть и одна линия, но она укреплена опорными точками. Армия Израиля знакома с таким, у нас это называется "пита сурит" (сирийская пита, сирийские линии обороны тоже готовили советские генералы, как и эту линию обороны), небольшие круговые опорники. На карте их можно увидеть сразу за линией.
Но именно на участке выступа (выделено кругом): там нет даже вспомогательных рубежей, там буквально - одна линия.
Это происходит потому, что враг совсем недавно планировал еще взять Угледар и выстроить свои порядки на линии Великая Новоселка - Угледар (выделено черной линией), для дальнейшего продвижения на север. Но взять этот город ему не удалось. А вот выступ остался. Это - первая причина.
Вторая - это сложность логистики. Там нет не ж/д сообщений и нет логистических центров. Логистические центры врага - они же и укрепрайоны с круговой обороной, тот же Токмак, например - это мощные логистические узлы. А вот район отмеченный кругом - это степи с никудышными дорогами.
Сейчас российское командование стоит перед дилеммой: загонять на этот участок еще силы (уже официально известно, что у ВСУ есть там успехи и освобожденные населенные пункты) не имея возможности их адекватно поддерживать, или не загонять - оставив там только те силы, которые держат эту единственную линию без глубины.
В израильской военной доктрине есть такое понятие как "микуш метаель", что буквально переводится как "ведущее минирование". То есть вы создаете препятствия (включая минирование), осознанно оставляя участки без препятствий, таким образом, чтобы враг пошел именно на них, где вы будете его ждать и где вы организуете ему огневые мешки.
Глобально план российского Генштаба был в том, что если украинцы пойдут именно на этом выступе - то они будут купированы авиацией, артиллерией и танковыми контратаками - маневром. Это классика советской доктрины.
Но что, если авиация и артиллерия не сможет, а танковые контратаки будут отбиты? Загонять в эти степи (снова напомню, мы говорим про местность, отмеченную кругом) батальоны за батальонами вместе с техникой? Как стационарные мишени? Без ближайшего логистического тыла?
И что делать, если прорыв произошел в ином месте, а этот участок ты уже не можешь оставить. Когда ты загнал туда резервы, а быстро их снять оттуда уже невозможно. А если ты решил, что это хитрый план и все таки не кинул туда резервы, а украинцы тебя обманули и таки продолжают развивать наступление именно на выступе и проламывают ту единственную линию?
Очень много вопросов. Не знаю, как с российским Генштабом, но на них уже есть ответы у украинского Генштаба, как и планы дальнейшего развития событий. Напомню, что инициативу диктует наступающий, не обороняющийся.
Любые линии обороны или обходят, или взламывают в конкретных направлениях, или просачиваются сквозь них на определенных узких участках. Мы не знаем, какая тут задумка у украинцев, но самое главное что нужно понимать: как бы не развивались события дальше - решать место и время будет именно украинский Генштаб, не российский.
— Игаль Левин
@yigal_levin
